Посттравматический синдром советского народа

0 0

После смерти Сталина СССР действительно стал совсем другим государством. Но прежде чем продолжать, сделаем небольшой исторический экскурс. Давайте ненадолго вернемся в дореволюционный период.

Совсем недавно по России 1 показали фильм «Гибель Империи. Российский урок». В принципе, неплохой фильм, но и он не обошелся без некоторой доли лукавства. Не все настолько прекрасно было в России, как показано в фильме. Но и так ужасно, как об этом говорят сегодня оголтелые «красные» – тоже не было.

До вступления в Первую мировую Россия стала терять внешние зерновые рынки из-за низкого качества пшеницы, продавали мы в основном ячмень и фуражное зерно. Так же не нужно забывать и о том, что на конец девятнадцатого века пришлось два очень тяжелых периода голода. И международные организации и благотворительные фонды, которые оказывали благотворительную помощь, были, мягко говоря, несколько рассержены на российское правительство. Практически все поставляемые в Россию продукты не дошли до голодающих: что-то осело на складах, что-то было продано, что-то развезли по помещичьим усадьбам да там и сгноили.

То есть, положение рабочих и крестьян действительно было далеко не безоблачным, бюрократизм и мздоимство – процветало.

На царскую семью и правда выливался настолько дикий бред, что порой думаешь – хорошо, что современные либерахи – народ темный, историей не интересующийся. Будь они пообразованней, так из дореволюционных газет могли бы почерпнуть уйму сюжетов, скроенных куда ладнее, нежели их топорные дворцы – деградируют, однако (что хорошо). Но дело в том, что и без всего этого очернения, народ царя-батюшку не любил. И сильно не любил. И Ходынку не простил, и «кровавое воскресение».

Прав был Ленин, в России действительно сложилась революционная ситуация, и Первая мировая сильно этому поспособствовала, хотя бы и тем, что непонятно за что бьемся – раз. А два – это то, что бьется-то тот же крестьянин, которому пришлось оставить семью, хозяйство на баб, стариков и детишек. А надо пахать, сеять, за скотиной ходить…

В общем, зрело-зрело и назрело – грянула февральская революция, которая только усугубила ситуацию и не сделала ничего, чтобы попытаться ее разрешить.

Большевики смогли «подхватить падающее знамя», смогли мотивировать довольно большую часть рабочих и крестьян и чрез войну, кровь, голод начали создавать абсолютно новую государственную систему. И преодолев все препятствия, справившись со всеми проблемами, решая постоянно возникающие задачи, смогли создать уникальное государство – государство, в котором действительно установилось равенство. Были отменены сословия, все граждане страны получили равные права на труд и отдых, образование, здравоохранение, избирать и быть избранным, были сформированы советы рабочих и крестьян, создавалось новое законодательство, которое народ признал справедливым.

Давайте не станем себе лгать – народ действительно принял советскую власть и готов был ей служить, так же, как и она была готова служить народу. Народ защищал советскую власть, так же, как и советская власть защищала народ. Вспыхнувший энтузиазм был неукротим, все что оставалось правительству – это направить народную силу в нужное русло.

Сегодня мало кто может понять, что значит — не иметь возможности получить образование, не иметь возможности к доктору сходить. Перечитайте «Мать» Горького, там все описано.

В общем, несмотря ни на что, народ действительно с огромным энтузиазмом взялся за то, что ему раньше было недоступно – строить свою страну, строить всем миром.

В этот период – начала-начал СССР – существовало только две фигуры, которые в очень большой степени олицетворяли собой строящееся государство – Ленин, а после него Сталин.

Был ли Сталин ленинцем, стал бы Ленин сталинистом – гадать не буду. Но факт остается фактом – народ шел именно за этими двумя личностями. Россия, СССР, Ленин и Сталин – это истоки советского государства, которое люди создавали практически с нуля своими собственными руками. Поэтому, когда грянула Великая Отечественная, большинство встало на защиту Родины. Родины и товарища Сталина. В бой действительно шли под «Ура!» и «За Родину, за Сталина!».

Конечно, можно закрывать на это глаза, но нам давно пора прозреть и сплотиться вокруг России или мы просто потеряем страну.

Итак, люди, народ, которому довелось пережить Первую мировую, две революции, гражданскую войну, два голода, Великую Отечественную войну, восстанавливать страну — был согласен с тем, как он живет. Да, хотелось бы посытнее, покомфортнее, но энтузиазм был таков, что строили, создавали, творили — невзирая на неустроенность и тяжелый быт. И результатом этого энтузиазма стало то, что буквально через пару лет после окончания войны, в 1947 году, стали отменять талоны, а потом каждый год цены снижались. Да, не было омаров и растворимого кофе, но для людей строилось жилье, детские сады и школы, больницы. Наука развивалась семимильными шагами, опытные производства чего только не насоздавали. Да, не все шло к потребителям, производство многих вещей откладывалось до лучших времен, но люди понимали необходимость этого и не жалея сил строили нефтеперерабатывающие заводы, химические и сталелитейные производства…

И вот теперь смотрите: с одной стороны чисто психологические множественные сломы, которые так до конца и не ушли, а накапливались в психике, в сознании, с другой – неугасимый энтузиазм, глобальные свершения, гордость за страну, народ-победитель, и глубокое чувство уважения и почитания руководителя страны – Иосифа Виссарионовича Сталина.

Двадцать четыре года – а именно столько прошло с 1917 по 1941 год – это даже для жизни отдельного человека очень немного, а для государства?

Просто вместить в сознание все, что произошло за это время — сложно, вы посмотрите сколько уже научных трудов на писано, сколько диссертаций защищено, а осознания величия событий и подвигов так и не появляется. И фигуру Сталина старательно стирают из народной памяти.

В общем, суть в том, что народный энтузиазм перед смертью Сталина был на пике, страна настолько бурно развивалась, что лет через сто никто в это уже верить не будет, потому что такое просто невозможно.

Смерть Сталина стала подлинной народной трагедией. В тот период можно было Генсеком назначить любого – вряд ли бы люди хоть как-то на это отреагировали. СССР всей страной переживал горе от потери отца-основателя. Поэтому фигура Хрущева воспринималась довольно слабо, но каждый человек был уверен в том, что все будет по-прежнему, поскольку Сталин умер, но ведь мы-то, мы-то есть, а значит будем работать дальше. И ведь, как я уже сказала в первой части, Хрущев сохранял сталинскую риторику, с нюансами, на которые мало кто обращал внимания, но в целом – сталинскую. Поэтому люди были уверены в том, что и дальше все будет так же, как и при прежнем руководителе государства.

И только успокоились, пережив горе потери, как грянул двадцатый съезд партии и всенародно было объявлено о «развенчании культа личности».

Удар был настолько силен, что люди даже не смогли отреагировать на это своевременно. Шок. А потом было уже поздно. И жизнь покатилась по ранее проложенным рельсам. Энтузиазм-то никуда не делся. Это в душах зияли раны от того, что, оказывается, все народные подвиги – ничто. Двадцатый съезд их просто обнулил: «не за то боролись ребята, не тому подчинялись, все вами сделанное – пыль».

Вот такие настроения и застал Брежнев, приняв пост руководителя государства. Первое, что он сделал – «законсервировал» внутренний конфликт.

К сожалению, у нас практически никто не занимается периодом правления Брежнева. Сейчас просто прикипело – поздний Брежнев, застой, лучшие 18 лет.

Нужно сказать, что Леонид Ильич был довольно мудрым дипломатом и тонким политиком и, если бы не болезнь, то… но. История не знает сослагательного наклонения.

Проблема брежневских времен в том, что народный энтузиазм стал работать «вхолостую».

Тот самый энтузиазм, на котором строился СССР, на котором победили фашистскую Германию, никуда не делся. Люди все так же горели и жаждали свершений. Но уже не все.

На огромном подъеме начинали БАМ, а как заканчивали? И так практически со всем.

Помощь колхозникам помните? Мы какое-то время думали, что и правда помогаем, а по факту, такой помощью прикрывали головотяпство многих председателей колхозов. Авралы, работа в неурочное время – то же самое головотяпство, разгильдяйство и распущенность. Странная логистика – когда деталь, которую делают на другом конце города, приходила к потребителю через Дальний Восток или Ереван (у нас в НИИ такое частенько случалось, комплектующие делает наш же пермский завод, но напрямую его изделия получить нельзя, только через Ереван). Вот это и есть приметы застоя.

И где-то в конце шестидесятых — начале семидесятых фронтовики – а это огромная часть населения, стала понимать, что, вообще-то, они воевали за другое государство, за то, которое строил Сталин. И тогда к ним стало приходить осознание предательства и Сталина, и себя – своей жизни. И это на фоне того, что ко многим из них стала подбираться пенсия.

Попробуйте посмотреть свои семейные альбомы. Обратите внимание на лица людей в пятидесятых, шестидесятых годах и где-нибудь в семидесятых. Посмотрите, как быстро они состарились, потух взгляд, поникли плечи…

Нашему поколению – рожденным в шестидесятых, семидесятых годах – передалось это ощущение неправильности, оправдываемое тем, что «мы же все для того, чтобы вам лучше жилось» и «лишь бы не было войны».

Ключевой момент развала СССР – это предательство Сталина. Только благодаря двадцатому съезду стал возможен Горбачев со своей дикой тройкой, ГКЧП, подписание Беловежского «соглашения», расстрел Верховного Совета. Ну а дальше вы все сами знаете.

Так вот — сейчас с нами происходит примерно то же самое, что происходило с нашими дедами и отцами. Мы не стали отстаивать СССР, теперь каждый старается схватиться за какую-то идею и решает отстаивать только ее – и стоять будет насмерть, не свернуть.

Не хотели защитить большое государство, так будем защищать КПРФ, как это делают Семин или Шевченко. Или будем планомерно возводить в ранг героев Краснова, Капеля, Шкуро…

Народ — что сделано, то сделано. Прошлого не вернешь. Но есть Россия, есть мы, и мы должны понять, что вот этот наш отстаивательный «момент» — это то, куда внедряются вирусы гораздо опаснее ковида. И вакцины от таких вирусов нет. Казанский убийца был заражен таким вирусом. И сколько их еще таких в стране, и скольких мы позволим создать, пока собачимся друг с другом?

По материалам: inforuss.info
Оставить комментарий

Мы используем файлы cookie. Продолжив использование сайта, вы соглашаетесь с Политикой использования файлов cookie и Политикой конфиденциальности Принимаю

Privacy & Cookies Policy